Вверх
Авторизация

Логин:

Пароль:

Забыли? Регистрация!


Другие новости
Реклама
Реклама
Василий Григорьевич ВАСИЛЬЕВСКИЙ
| 1-01-2012, 09:10 | Просмотров : 716
ВАСИЛЬЕВСКИЙ Василий Григорьевич. (21.1(2.11) 1838, с. Ильинское, Люблинск. у., Ярославск. губ.– 13(25). V 1899, Флоренция) – историк, специалист по Византии и славяно-визант. отношениям. Сын сельского священника. В 1856 окончил духовную семинарию в Ярославле. В 1856–1859 учился в петерб. Гл. пед. ин-те, а после его закрытия – на ист.-филол. фак. Петерб. ун-та (1859–1860). После окончания ун-та оставлен для прохождения пед. практики при одной из гимназий Петербурга. В 1862 направлен на два года в науч. командировку за границу для подготовки к проф. званию. В Берлине слушал лекции по римской истории Т. Моммзена. Посетил Женеву и Йену. По возвращении в 1865 завершил магист. дис. «Полит, реформа и социальное движение в Древней Греции в период ее упадка». Работал в одной из гимназий Вильно. В 1870 возвратился в Петербург, защитил магист. дис. и стал преподавателем на ист. Филол. фак. Петерб. ун-та. С этого времени и до конца жизни занимался историей Византии. Чл.-кор. АН (1876) . За цикл исследований по рус.-визант. отношениям в IX–XI вв. Моск. ун-т присвоил В. степень д-ра рус. истории (1878); действ, чл. АН -1890). Ред. ЖМНП (1890–1899); с 1894 – ред. созданного по инициативе В. «Визант. временника». В 1899 выехал в Италию на лечение, но в пути скончался. В. автор более 150 работ по византиноведению, славистике, литов, истории. В их числе работы, принесшие В. докт. степень: «Византия и печенеги (1048–1094)» (1872), «Варяго-рус. и варяго-англ. дружина в Константинополе XI и XII вв.» (1874–1875); эти работы вошли в собрание посмертно переизд. АН гл. исследований ученого – его «Трудов» (Т. 1–4. СПб.–Л., 1908– 1930). Уже к началу 80-х годов В. приобрел большой авторитет в междунар. византиноведении; его принято считать основателем науч. византиноведения в России. Углубленное изучение проблем внутренней и внешнеполит. истории Византин неразрывно соединено у В. с исследованием вопросов славяноведения и древнерус. истории домонгольской эпохи. Этой же особенностью характеризуется выбор им для критической публ.. и исследования визант. письменных памятников. Источниковедческие труды В., в к-рых ярко проявился аналитический талант исследователя, не утратили науч. значения до настоящего времени. Именно В. принадлежит заслуга открытия и первой науч. интерпретации таких неизвестных или малоизвестных в то время визант. памятников, имеющих большое значение для рус. истории, как «Житие Георгия Амастридского», «Наитие Стефана Сурожского», «Хождение апостола Андрея в стране мирмидонян», стихи Иоанна Геометра, «Житие Иоанна Готского», песни скальдов и др. Большое значение для древнерус. истории имели выводы В. о том, что походы русских на Византию начались задолго до появления норманнов на Руси и первого рус. похода на Константинополь (860), что «варяги» визант. источников, написанных до 1034, идентичны только руссам, что крещению Руси предшествовал ее воен. союз с Византией и появление в составе визант. армии рус. воен. корпуса, что во время походов Святослава в Болгарию оформился антивизант. союз рус. князя с частью болг. знати и т. п. Почти каждая работа В. по pyc..-визант. отношениям характеризуется введением в оборот нового фактического материала и привлечением исчерпывающего круга известных источников. Занимаясь этой проблемой в разгар полемики «норманистов» и «антинорманистов», В. не примкнул открыто ни к одной из сторон. Объективно его исследования наносили удар по концепции «норманистов», однако идеалистические представления о сущности гос-ва и причинах его образования обусловили выдвижение В. (вместо норманнской) готской теории происхождения Древнерус. гос-ва. Значительны заслуги В. в исследовании истории Болгарии XII– XIII вв. Его критическая рец. на кн. Ф. И. Успенского «Образование Второго Болг. царства» (ЖМНП, 1879, № 7–8) является но существу монографией на ту же тему. Возрождение Болг. гос-ва В. рассматривал как фактор, благоприятный для империи. В работе «Византия и печенеги» В. проводил мысль о тяжелых последствиях завоевания Болгарии (1018): Византия оказалась не в состоянии одновременно отражать натиск турок-сельджуков в Азии и оборонять северобалкан. границы от печенегов и половцев. В исследовании «Из истории Византии в XII в.» (СлСб, 1877, т. 2; 1876, т. 3) рассмотрена широкая панорама европ. событий, связанных со Вторым крестовым походом и борьбой Византии за Италию. В эти события были вовлечены рус. княжества, Венгрия и Сербия, что впервые раскрыто В. Работа «Обновление Болг. патриаршества при царе Иоанне Асене II в 1235» (ЖМНП, 1885, № 3–4) посвящена анализу сложных перипетий воен. и дипломатической борьбы за господство на Балканах между Болгарией, Латин. империей, Никейск. империей и Эпирск. царством после захвата крестоносцами Константинополя (1204). Привлекая свежие источники (в приложении к этой работе В. впервые издал около 30 писем Иоанна Навпактского), В. обосновал вывод, что будущность латин. господства в Малой Азии, в Константинополе, во Фракии и Македонии предопределялась войной Болг. царства с крестоносцами. Попутно В. опубл. материал, к-рый содержит ценные сведения по соц.-экон. и полит, истории болгар, сербов, албанцев, греков-эпиротов. В цикле работ о Симеоне Метафрасте (он установил его авторство «Хроники Логофета») В. показал, что многие славян, рукописи переведенных с греч. визант. памятников более точны и исправны,, чем их сохранившиеся греч. прототипы. Серьезное значение для славяноведения имели работы, в к-рых раскрыто соотношение славян, законодательных памятников («Закон судный людем», «Устав о земских делах») с визант. Особое место среди опубл. В. источников занимает публ. (совместно с В. К. Ернштедтом) выявленных им в Синодальной б-ке «Советов и рассказов» Кекавмена (ЖМНП, 1881, № 6– 8) , содержащих ценнейшие для византиноведения, славяноведения и балканистики материалы по истории и истории культуры X–XI вв. В.– византинист по преимуществу. Осн. его работы по византиноведению посвящены исследованию внутр., прежде всего соц.-экон., истории империи. Однако именно В. явился родоначальником устойчивой традиции рус. науки, согласно к-рой славяноведение и византиноведение выступают как неразрывно связанные, дополняющие друг друга специальности. В сущности В. первый глубоко раскрыл роль славян и. в частности, славян, общины в эволюции обществ, строя Визант. им-перии VII–XII вв. Являясь представителем позитивистской школы в рус. науке, В. уделял особое внимание исследованию обществ, ин-тов и выдвигал идею о поступательном, прогрессивном развитии человеческого о-ва. В. впервые в историографии выдвинул и попытался обосновать тезис о принципиальном сходстве эволюции соц.-экон. и полит, строя Византии и средневекового Запада. Эволюцию эту он определял как развитие феодализма п положил начало исследованиям феодальных отношений в Византии, трактуя их, однако, как полит.-юрид. систему, характеризуемую вассально-ленными связями и правом суда помещиков над крепостным крестьянством. Поскольку эти ин-ты не получили в Византии полного развития, В. считал визант. феодализм недоразвитым, не-, завершенным. При чрезвычайной достоверности привлекаемого фактического материала и добротности источниковедческого анализа исследованиям В. присущи непонимание классовой природы гос-ва, идеализация монархии, переоценка роли личности и «нравственных свойств» народов и т. п. По своим полит, взглядам В. всю жизнь оставался на буржуазно-либеральных позициях сторонника «просвещенного абсолютизма».
 

Добавить комментарий

Ваше Имя:


Текст сообщения: